Сервантес М.
Read Don Quixote, Part II by Miguel de Cervantes (tr. John Ormsby) in Russian translation on Самовар — free, no account needed, with the English original beside the text.
Neither column is the original: the book was written in Spanish. The English is John Ormsby's translation (1885), from Project Gutenberg; the Russian is the translation by В. А. Карелин (1866), now in the public domain, with its pre-reform spelling modernised. Each was made from the Spanish, so they differ in detail; both run complete. Swipe right on the text to read them side by side, or tap the EN button on the right.
Во второй части этой истории, повествующей о третьем выезде Дон-Кихота, Сид Гамед Бененгели говорит, что священник и цирюльник больше месяца избегали встречь с общим их другом, боясь своим присутствием пробудить в нем воспоминание о недавних событиях. Тем не менее, они часто навещали его племянницу и экономку, увещевая их заботиться о хозяине дома и кормить его пищей, здоровой для желудка, и в особенности для головы Дон-Кихота, ставшей несомненным источником всех его бед. Женщины обещали исполнить все это тем старательнее, что Дон-Кихот казался им совершенно излечившимся от своего помешательства. Новость эта не могла не обрадовать наших друзей, поздравлявших себя с благими последствиями хитрости, придуманной ими для возвращения Дон-Кихота домой, и рассказанной в последних главах первого тома этой большой и истинной истории. Находя однако не совсем вероятным быстрое исцеление его, они решились сами удостовериться в том, и взаимно пообещав себе не затрогивать слабую струну Дон-Кихота — рыцарства, дабы не растравить только-что зажившей раны его, отправились к нему в комнату, где застали его сидящим на кровати, одетым в зеленый, саржевый камзол, и в колпке из красной толедской шерсти. Весь он так высох и похудел в последнее время, что походил скорей на мумию, чем на человека. Он радушно принял гостей, и на вопросы о его здоровьи отвечал с тактом и большим умом. Завязавшийся между ними разговор перешел мало-по-малу от общих раз к делам общественным и правительственным распоряжениям. Каждый из разговаривавших, сделавшись на минуту новым Ликургом или Солоном, предлагал разные меры в изменению какого-либо постановления; либо в искоренению одного из существующих злоупотреблений, и друзья, рассуждая об общественных делах, преобразовывали их на словах так хорошо, что государство казалось готово было выйти совершенно новым из их рук. Дон-Кихот судил обо всем так здраво, говорил так умно, что гости не сомневались больше в его выздоровлении, а племянница и экономка со слезами радости благодарили Творца, возвратившего рассудок их покровителю. Священник, отказавшись однако от прежнего своего намерения молчать о рыцарстве, решился окончательно убедиться: истинно или призрачно выздоровление его друга, и уловив удобную минуту, начал рассказывать последния придворные новости. Носятся слухи, говорил он, будто турки делают большие приготовления в войне, намереваясь двинуть из Босфора огромный флот: неизвестно только, на каких берегах разразится эта ужасная буря. Он добавил, что весь христианский мир встревожен этим известием, и что его величество озаботился, на всякий случай, обезопасить неаполитанское королевство от нападения со стороны островов Сицилии и Мальты.
Самовар — the whole library / вся библиотека